Кто чаще звонит на телефон доверия

Названы самые частые темы звонков на детский телефон доверия

«Позвонила шестилетняя девочка, потому что ей было страшно одной дома»

Пандемия добавила в нашу жизнь нервозности. Особенно трудно приходится детям и подросткам, которых еще больше, чем взрослых, напрягают разные ограничения. Для подростков, которые не справляются с трудностями самостоятельно, существует бесплатный детский телефон доверия. С чем обращаются в службу дети и родители, как им оказывают поддержку, в ходе онлайн-конференции в «МК» рассказала руководитель Интернет-службы общероссийского телефона доверия, психолог Светлана Шевченко.

– Самым первым звонком стал звонок подростка из Рязанской области, который просто позвонил проверить, действительно ли работает такой телефон, где можно не называть свое имя. Самым необычным обращением стала просьба 11-летнего мальчика помочь решить ему задачку по математике. А самым юным абонентом стала шестилетняя девочка, которая попросила рассказать ей сказку, потому что ей страшно было находиться одной дома.  

– Насколько телефон доверия востребован, кто чаще всего звонит?

– Нам в этом году 10 лет, и за это время мы приняли 10 миллионов звонков со всей России. Служба охватывает 85 регионов, а 67 регионов работают в круглосуточном режиме: дети, родители могут позвонить даже ночью.

Телефон доверия создан Фондом поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации. 56% от всех звонков – подростки в возрасте 12-17 лет, это самый трудный подростковый период. 17% обращений – родители, которые просят совета из-за того, что ребенок непослушен, выходит из-под контроля, хамит. Все звонки конфиденциальны и анонимны, их содержание строго засекречено. Это особенно важно для подростков. Информация не передается ни в какие социальные службы. Часто родители волнуются: если я расскажу про конфликт с ребенком, вдруг это будет передано в органы опеки? Нет. Любой человек из любой точки страны может позвонить по телефону 8-800-2000-122.

– Детей что больше всего беспокоит?

– Очень часто это проблема одиночества. Они не могут довериться тем людям, которые находятся рядом с ними. Это проблема жестокого агрессивного поведения сверстников, в частности, буллинг, кибербуллинг. Это и проблемы отношений с противоположным полом, когда подростки пытаются строить свои первые романтические отношения и не находят ответного отклика. Отдельный большой блок – стрессы в школе, начиная с отношений с учителями, заканчивая страхом не сдать ЕГЭ. От 1 до 2,5% от звонков за год – обращения с суицидальными настроениями. Иногда детям кажется, что они настолько несущественны для близких, что говорят: «Я не хочу жить». Часто в этом нет какого-то умысла, но они таким образом привлекают к себе внимание и показывают, что «моя проблема очень серьезная, поговорите со мной».

– Как отразилась пандемия на характере обращений?

– Для родителей это был очень стрессовый год, и он продолжается. Запредельный уровень стресса, нагрузка, которая легла на родителей, отразилась на их психологическом состоянии. Они стали больше срываться, им стало тяжелее контролировать себя, и часто они звонили на телефон доверия только для того, чтобы выговориться и сказать «я очень устала, я уже не знаю, что мне делать, как разговаривать со своим ребенком спокойно?». Они спрашивали совета, например, как наладить в первый период пандемии дома спокойную обстановку, как всем вместе уживаться. С другой стороны, мы, например, не увидели прироста обращений, связанных с домашним насилием и жестокостью. Наоборот, в некоторых семьях из-за того, что люди стали больше времени проводить вместе, даже наладилось общение. Спрашивали, как наладить новую жизнь, новый быт, как подтянуть учебу, потому что многие дети стали воспринимать школу как кружок, в который хочу – хожу, хочу – не хожу.

– Сколько психолог тратит времени на один звонок?

– Продолжительность звонка – любая, ограничений нет. Время требуется разное, ведь кто-то звонит по вопросу: я хочу завести собаку, как в этом убедить маму? А кто-то не хочет жить и звонит с намерениями уйти из жизни. Самая главная задача психолога – помочь ребенку выговориться, отреагировать на накопившийся негатив, разобрать ситуацию, найти какие-то пути решения, чтобы ребенок ушел с ресурсом, что ему нужно делать, чтобы не усугублять ситуацию. Ну и конечно, чтобы он просто понял, что его поддержали и всегда готовы помочь, принять, когда бы он ни позвонил.

Елена Владимировна, с какими проблемами люди чаще всего вам звонят?

Елена Прохорова: Как раньше, так и сейчас с психологом говорят на вечные темы: отношения с окружающими, непонимание, одиночество. Но есть тенденция, которую замечаешь с годами. До 2012-го нам крайне редко звонили из-за проблем на работе. И то мы обсуждали в основном вопросы адаптации и конфликтов в коллективе, карьерного роста. В последнее время количество таких звонков увеличилось во много раз и темы стали более болезненными: безработица, трудный поиск работы, конфликты с руководством и ощущение незащищенности, неспособность отстоять свои интересы.

Еще бросается в глаза: если раньше для обращения на телефон доверия был какой-то один повод, ссора в семье или здоровье близких, то нынче, как правило, звонят с целым клубком проблем. И со здоровьем нехорошо, и кредиты не дают покоя. Заметно, что люди живут труднее, напряженнее, чем раньше.

Кроме того, мы все чаще общаемся с врачами-психиатрами. Это страшно, потому что и во врачах, и в психологах до последнего работает принцип «помоги себе сам». То есть те, кто нам позвонил, находятся в отчаянии. С педагогами беседуем уже несколько лет, это тоже тенденция. Они страдают в основном от того, что теряется смысловая опора их профессии. Психиатров, по сути, волнует то же самое. Из-за бесконечной писанины связь «врач — пациент» размылась. Плюс упали зарплаты, и, чтобы содержать семью, людям приходится работать на износ.

Получается, экономический кризис вылился в психологический?

Елена Прохорова: Думаю, да. Свой «вклад» в состояние общей подавленности вносит и ощущение, что раньше наша страна была окружена друзьями, а теперь вокруг одни враги. Ведь потребность в безопасности — одна из базовых, и, если она не удовлетворена, человек испытывает глубокое чувство дискомфорта. Хотя я ни разу не сталкивалась с тем, чтобы война на Украине или в Сирии стала поводом для звонка по телефону доверия, в разговоре эти темы нередко так или иначе присутствуют.

Существует какая-то пошаговая схема, механизм общения с человеком, готовым к последнему шагу?

Елена Прохорова: Конечно, алгоритм есть. Но в то же время каждый такой разговор — это импровизация. Очень важно, чтобы консультант опирался на свои собственные силы, ведь потеря смысла жизни другим человеком — очень сильный экзистенциальный (связанный с существованием человека. — Прим. ред.) вызов. Как правило, тот, кто стоит у последней черты, но тем не менее нашел в себе силы позвонить, жаждет немедленно прекратить страдания, кажущиеся ему невыносимыми. Но он и с жизнью расставаться не хочет. Человек просто не видит иного выхода. Поэтому задача психолога — помочь понять, что жить — это одно, а страдать — совсем другое.

Что первое слышит человек, когда дозванивается до вас?

Елена Прохорова: Алло, телефон доверия.

Вы не представляетесь?

Елена Прохорова: Если человек продолжает разговор, называет себя или просит консультанта представиться, мы говорим: «Вы можете называть меня так-то». У нас у всех псевдонимы, потому что анонимность и конфиденциальность разговора гарантируется как клиенту, так и консультанту. Понимаете, мы работаем с разными людьми, в том числе с психически нездоровыми. И обязаны заботиться о своей безопасности. Был случай, не у нас в Екатеринбурге, когда консультанта телефона доверия убил неадекватный человек в остром психотическом состоянии. Поэтому адреса психиатров и психологов, как правило, не разглашаются. Я и вас попрошу не указывать место, где мы находимся.

Кто с вами работает на линии?

Елена Прохорова: У нас в коллективе двое мужчин и четыре женщины — от 35 до 53 лет, хотя еще недавно в штате было восемнадцать человек. Оптимизация. Нагрузка, конечно, колоссальная. Каждый пришел в психологию своей дорогой, далеко не все сразу с университетской скамьи. Я, например, журналист по первому образованию. Правду говорят: в психологи, да и во все «помогающие» профессии,  идут люди, у которых были трудности в жизни. Они хотят помогать другим, потому что сами многое пережили.

Свой «вклад» в состояние общей подавленности вносит и ощущение, что раньше наша страна была окружена друзьями, а теперь вокруг одни враги

Как вы справляетесь с эмоциональной нагрузкой? Это, должно быть, очень тяжело — постоянно погружаться в чужие беды, откликаться на них?

Елена Прохорова: Вы знаете, мы находимся на переднем крае человеческих страданий. Да, бывают такие звонки, после которых нужно приходить в себя. Есть специальные техники расслабления, самое простое — погулять, попить чаю, пообщаться с кем-то приятным, поделать физические упражнения, в конце концов, прокричаться. Поскольку у нас ненормированный рабочий день, мы имеем право по собственным ощущениям делать производственные перерывы и пользуемся этим, иначе действительно сложно, тем более что дежурство длится сутки. Кроме того, есть практика проведения так называемых «супервизий» когда сталкиваемся с действительно сложным случаем, собираемся вместе, разбираем ситуацию.

Есть понятие профессиональной деформации. В чем она для вас выражается?

Елена Прохорова: Психологи часто кидаются помогать там, где не просят. Мы не можем просто уйти с работы и забыть о ней, мы остаемся психологами 24 часа в сутки. Но что гораздо страшнее деформации — это профвыгорание, когда к клиентам начинаешь относиться с холодным цинизмом, чисто функционально. Пока, к счастью, у нас в коллективе подобного не было. Бдим.

Вы начинали работать на телефоне доверия еще в середине девяностых. Что изменилось с тех пор?

Елена Прохорова: Сегодняшний абонент более грамотный. Бывает прямо до анекдота. Например, звонит девочка лет десяти: «Здравствуйте, я говорю со специалистом? Представьтесь, пожалуйста. Помогите мне справиться с фобией». Дальше рассказывает, что «в детстве», в четыре годика, у нее «случился такой эпизод»: она испугалась собаки. Или еще пример. Молодая девушка лет двадцати двух вся в слезах: сложные отношения с мамой, всепоглощающий контроль. И сквозь рыдания: «Я, наверное, стала нарциссическим расширением своей матери!»

Люди научились интересоваться своей психологией, психикой, внутренним миром. Раньше нам звонили в исключительных случаях, когда человек был не в состоянии ничего предпринять. Обращение к психологу считалось чем-то предосудительным. Особенно такое мнение бытовало среди мужчин. Сейчас все меняется. Многие понимают: признание, что ты не можешь самостоятельно разобраться в ситуации, — это проявление силы, а не слабости.

Ключевой вопрос

Кто чаще к вам обращается, мужчины или женщины?

Елена Прохорова: В среднем две трети звонков поступает от женщин, причем, как правило, это либо молодежь 22-28 лет, либо мамы, встревоженные поведением детей-подростков. Правда, 40-45-летние мужчины стали чаще звонить. Надо сказать, это очень тяжелые звонки, нагруженные тревогой, болью, ощущением бессмысленности и бесполезности существования. Люди теряют работу, погружаются в депрессию, высказывают не очень осознаваемые ими самими, но тем не менее конкретные антивитальные настроения (пассивные суицидальные мысли. — Прим. ред.).

На заметку

Круглосуточный бесплатный телефон доверия и психологической помощи в Свердловской области: 8-800-300-11-00.

Телефон психологической помощи для детей, подростков и родителей: 8-800-300-83-83.

Почему дети звонят на телефон доверия?

Ежедневно на телефоны детских служб доверия поступают сотни обращений. «ДО» выяснил, почему звонят дети и о чем с ними разговаривают психологи.

Почему дети звонят на телефон доверия?


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Сказать, что телефоны в детской службе доверия не замолкают никогда, было бы нечестно. «Случаются и паузы. В хорошую погоду обращений меньше — кому хочется в это время сидеть дома? Ведь по телефону доверия обычно не звонят на ходу», — говорит руководитель телефона доверия для детей «Гаврош» Юлия Концова. Но все-таки звонки поступают часто. От безобидного «мне страшно одному дома» до отчаянного «я никому не нужна!».

5 главных причин, по которым дети звонят в службу доверия:

1. Причина — одиночество

Дети часто страдают и от безразличного отношения со стороны сверстников, когда им кажется, что они никому не интересны и не нужны. Да, родители говорят: «Ты нужен нам, мы тебя любим, ты замечательный», — но ребенку этого мало.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

«Бывает, ребенку кажется, что он сильно отличается от других. Скажем, большинство ребят в классе увлекается компьютерными играми, а его привлекают книги. Ему хотелось бы поговорить о прочитанном, но в классе это никому не интересно. Он чувствует себя одиноким, ненужным. С этими трудностями звонит нам. И психолог становится человеком, который, во-первых, разговаривает с ребенком о том, что его волнует, а во-вторых, старается его «вернуть» в класс», — объясняет Юлия Концова.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

2. Причина — любовь

Не зря говорят: любви все возрасты покорны. «Дети, даже первоклассники, звонят чтобы спросить, как обратить на себя внимание объекта своей влюбленности, жалуются на ссоры с возлюбленными и на друзей (подруг)-разлучников. Порой это безобидно и мило. Например, семилетний мальчуган спрашивает, как сделать предложение своей избраннице, чтобы она не передумала до их совершеннолетия. Но гораздо чаще это слезы, отчаяние и наши долгие беседы с анализом ссор или даже расставаний.

Кстати, по моему опыту, — продолжает Марина Сперанская, — с вопросами, как привлечь любимого или как помириться, чаще звонят дети до 14−15 лет.

А вот у более старшей аудитории — от 15 лет — иные проблемы. Девочки жалуются на то, что родители не разрешают встречаться с возлюбленным, который значительно старше. Мальчики — на то, что девочки предпочитают им старших. И те и другие — на то, что родители не понимают их чувств. Или, узнав об интимной связи, заперли дома. Не часто, но звонят в слезах, рассказывая о неожиданной беременности, либо в страхе (что делать?), либо в отчаянии (родители настаивают на аборте!)».


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

3. Причина — сложности с родителями

Проблема отсутствия контакта с родителями волнует детей не меньше, чем проблемы со сверстниками.

«Дети либо не хотят подчиняться родительскому авторитету, выполнять требования взрослых, либо жалуются, что родители не хотят удовлетворять их потребности: не покупают что-то важное, ограничивают свободу», — перечисляет наиболее частые, но наименее острые проблема Олеся Вихристюк.

Самые же острые — жалобы на жестокое обращение в семье. Когда психолог понимает, что ребенку действительно угрожает опасность со стороны взрослых, он всегда предлагает ему сообщить свои координаты. Объясняет, что, если он согласится, ему поможет полиция или социальные службы. Иногда дети сами звонят по телефону доверия, чтобы попросить именно об этом, а не ради поддержки и сочувствия.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

4. Причина — не хочу учиться

Еще одна распространенная причина детских жалоб — сложности в учебе. «Нежелание учиться в принципе или ходить на дополнительные занятия, конфликты с педагогами, страх перед экзаменами. Эти звонки поступают только во время учебного года, их пик приходится на конец весны, когда дети сдают ГИА, ЕГЭ», — уточняет Олеся Вихристюк.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Но и помимо экзаменов детям есть чем поделиться. «По моим наблюдениям, больше всего детей волнуют конфликты с педагогами. Но они не решаются рассказать о них родителям, потому что считают, что взрослые обязательно встанут на сторону взрослых. На втором месте — неуспеваемость и переживания, что какой-то предмет не дается («Я — последний в классе, стану второгодником»).


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

А вот откровенное нежелание учиться встречается редко. Даже если в начале телефонной беседы ребенок говорит: «Меня все достало, брошу школу», — в процессе разговора выясняется, что ему просто тяжело даются какие-то науки, но подтянуть знания все же возможно», — говорит Марина Сперанская.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

В 52% случаях звонят подростки 12−16 лет.

31% — дети младшего школьного возраста.

9% — студенты.

От родителей поступают 8% обращений.

Чаще звонят девочки — 58%, мальчики — 42%.

Статистика телефона доверия для детей «Гаврош»

5. Причина — самые страшные мысли

«Процент звонков, связанных с суицидами, примерно одинаков как по России, так и за рубежом. Это около 1,5−2%. А вообще кризисных звонков от детей поступает порядка 3%.

От обычных кризисные отличаются тем, что ребенок звонит не просто посоветоваться или пожаловаться, а уже находится на грани каких-то негативных действий. Ребенку настолько сложно справиться с ситуацией, что у него появляются мысли нанести вред себе или другому человеку, уйти из школы, из дома», — комментирует Олеся Вихристюк, руководитель Центра экстренной психологической помощи МГППУ.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Четкой схемы, что делать в таких случаях, нет — все индивидуально. Но главная задача психолога при кризисном обращении — снять состояние аффекта и продолжить с ребенком диалог.

Зачем звонят родители?

В большинстве случаев родители звонят, когда не могут найти общий язык с ребенком, разрешить конфликт, вот и обращаются за помощью, советом. /p>

Более редкие случаи — это когда родители находятся на грани развода или уже развелись и, не зная, как сгладить переживания ребенка, консультируются с психологами. «А порой случается и так, что мама или папа сами чувствуют: их ребенку необходимо пообщаться со специалистом, тогда звонят нам — выяснить, какие психологи у нас работают, их квалификацию, после этого передают трубку ребенку», — рассказывает Юлия Концова.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Иной раз родители, оставляя ребенка дома одного, записывают ему номер телефона доверия и предлагают по нему позвонить, если станет вдруг страшно. У психологов есть масса способов занять детей в подобных случаях. От сказок до развивающих игр.

«А еще нам часто звонят бабушки, консультируются по вопросам воспитания своих внуков, нередко им кажется, что их дети неправильно воспитывают своих детей, и они пытаются заручиться поддержкой психолога. Бабушки — очень активная часть нашей аудитории.

Также поступают обращения от третьих лиц, например, соседей, которые слышат, что ребенок постоянно плачет или кричит за стенкой, и они подозревают что-то нехорошее», — дополняет Олеся Вихристюк.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Развитие интернет-пространства предопределило необходимость появления специальной службы доверия для детей «Дети России онлайн», посвященной безопасному использованию Интернета. По телефону или на сайте дети и подростки могут пожаловаться на сетевое мошенничество, на оскорбления или неприличные предложения в Сети, признаться, что с друзьями стало легче общаться онлайн, нежели в реальной жизни.

А родители могут обсудить, как обезопасить детей от негативного влияния Мировой паутины.

Подробнее: 8 (800) 25−000−15 или detionline.com


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Родители, без паники!

Но порой родители звонят именно потому, что испытывают удивление от неожиданного открытия: «Мой ребенок звонил по телефону доверия?!» Кто-то случайно подслушал, кто-то обнаружил в «исходящих звонках» незнакомый номер и набрал его… Мама и папа, секунду назад уверенные, что с чадом у них полное взаимопонимание, впадают в панику: «Что же он сделал, что не может сказать мне?»

«Действительно, есть такое мнение: раз ребенок позвонил на телефон доверия, значит, он не доверят своим родителям. Но на самом деле все не так плохо. Если родители «вернутся» в свое детство, то вспомнят, что дети и уж тем более подростки склонны больше доверять сверстникам и третьим лицам. В этом случае телефон доверия становится «посредником», помогает достичь взаимопонимания между взрослыми и детьми. Ведь психолог призван объяснить ребенку позицию родителей так, чтобы он ее принял, а родителям — психологию ребенка.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

кто слушает и говорит с ребенком

Для работы в детских службах доверия специалистов отбирают очень строго. Каким бы профессиональным ни был психолог, перед тем как начать работать на телефоне доверия для детей, он в обязательном порядке проходит специальную подготовку. В среднем — 72 часа занятий. Плюс в течение года сотрудники регулярно проходят курсы повышения квалификации. Еще для самих психологов организуют службу поддержки изащиты от профессионального «выгорания».


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Иногда ребенок звонит и говорит: «Но вы ведь тоже взрослые, значит, я и вам не доверяю!» Но трубку не кладет… Позже, после длительного доверительного разговора, он вдруг понимает, что взрослые могут понять его, им можно доверять… Одно это уже является неким «мостиком», по которому он сможет сделать шаг навстречу родителям.


РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Именно поэтому родителям важно принять: если ребенок обратился в службу доверия, это не значит, что он стал их меньше любить или меньше доверять. Просто есть некоторые вопросы, которые ему сложно обсудить с мамой или папой. И гораздо лучше, если он поговорит об этом со специалистом, нежели начнет обсуждать со сверстниками или на анонимных интернет-форумах», — убеждена Олеся Вихристюк.

очень важный номер

По данным Фонда «Ассоциация телефонов доверия для детей и подростков», число телефонов доверия на территории России за последние 5 лет возросло более чем в 3

раза. Сегодня на территории РФ действует около 200 служб экстренной психологической помощи.

Вот основные из них:

Единый всероссийский телефон доверия для детей и подростков: 8 (800) 2000−112.
Детский телефон доверия МГППУ: 8 (495) 624-60-01.
Телефон доверия для детей и подростков «Гаврош»: 8 (499) 134-81-81.
Телефон доверия Департамента образования г. Москвы: 8 (495) 366-70-94.

04.03.2020 09:47

Примерное время чтения: 3 минуты

276

Женщины обращаются чаще. Эксперт — о работе телефона доверия


Еженедельник «Аргументы и Факты» № 10. АиФ-Нижнее Поволжье №10 04/03/2020

Все обращения на телефон доверия – анонимные.

Все обращения на телефон доверия – анонимные. pixabay.com

Психотерапевты отмечают: излишняя демократия, когда «продвинутый» учитель  становится едва ли не «своим парнем», опасна. Ученик должен всегда помнить о субординации.

Почти три четверти тех, кто обращается на телефон доверия в Волгоградской области – женщины. Иногда такой звонок – это последняя надежда найти выход из тупика. Каждой женщине обязательно ответит психолог, профессионал своего дела, всегда готовый прий­ти на помощь.

О чём душа болит

– Каждый звонок на телефон доверия уникален, – говорит начальник отдела областного центра развития и контроля качества соцуслуг Наталия Миронова. – Но можно выделить основные темы обращений. Это  конфликтные ситуации в семье, взаимоотношения с окружающими, поиск «смысла жизни», своего места в ней. Немало вопросов связано с потерей работы, сменой места жительства. И, конечно, нам часто звонят в период кризиса – если человек прикован к постели или потерял близкого. Приходится работать и с вопросами алкогольной или наркотической зависимости.

По этим обращениям можно нарисовать довольно убедительный социологический возрастной портрет волгоградцев. Так, абонентов от 18 до 30 лет интересуют построение отношений между мужчиной и женщиной. Второй момент – взаимоотношения с родителями («Я уже вырос, почему меня по-прежнему контролируют, и решают за меня?»). Волнует и освоение нового статуса – студента, молодого специалиста. 

Тех, кому от 30 до 50 лет, интересуют уже супружеские взаимоотношения. В случаях измены в семье – женщины переживают за себя и детей, испытывают страх за будущее. А мужчин беспокоит выбор: оставаться в семье или строить новые отношения?

В возрасте 50-65 лет все мысли людей заняты предстоящим уходом на пенсию – чем себя занять и как наполнить жизнь общением? Конечно, переживают волгоградцы из-за проблем с трудоустройством в зрелом возрасте. Другая тема – взаимоотношения с выросшими и повзрослевшими
детьми.

– Женщины обращаются больше, так как они более активны и чаще мужчин стремятся стабилизировать свое социально-психологическое состояние, – объясняет Наталия Миронова. – Но в последние годы активность мужчин стремительно растет. Если раньше их доля среди обратившихся составляла 20%, то сегодня доходит до 35%.

Ты не один

– Самые сложные звонки приходятся на ночные дежурства, – продолжает Наталия Робертовна. – Это время, когда уходят заботы и тревоги дня и человек остается один на один со своей бедой. И ему очень не хватает поддержки и помощи. Вовремя сказанное слово поддержки и ободрения спасает жизни, браки, здоровье и просто делает людей счастливыми.

Никто не ведёт статистики спасённых людских жизней или сохранённых браков после обращения на телефон доверия, но их наверняка немало. Как-то отследить судьбы абонентов невозможно — при разговоре не принято спрашивать даже имя и возраст. Анонимность и конфиденциальность – главные принципы работы телефона доверия. Содержание консультирования также не подлежит разглашению. Записи разговоров не осуществляются, номера телефонов не определяются.

А вот такая цифра есть – около 10% всех однажды позвонивших на телефон доверия становятся постоянными клиентами этой службы. Психологи-консультанты превращаются в их личных психологов, и такие отношения могут длиться 10-15 лет. Для многих  телефон доверия становится «глотком жизни», возможностью связи с миром и ощущения, что ты кому-то важен и интересен. 


На областной телефон доверия можно обращаться по номеру 8(8442) 38-03-03. Служба действует круглосуточно, анонимно и конфиденциально. Звонки принимаются от лиц старше 18 лет. Для детей, подростков, их родителей или лиц, их заменяющих, специалистов, работающих с детьми, работает детский телефон доверия с единым общероссийским номером 8 800 2000 122.

Смотрите также:

  • Вырастить Джобса? Психолог об опасности первых детских заработков →
  • Добить нельзя помиловать →
  • Волгоградские шопоголики →

Также вам может быть интересно


  • Хочешь ребенка — обними психолога Галю. Какой примете следуют в роддоме


  • Как уберечь ребёнка от иглы?


  • Меньше ходите в гости и не забывайте о прикорме. Как не вырастить аллергика


  • Ромалэ переходят на матриархат


  • Заговор от пенсии

В службы экстренной психологической помощи часто звонят, когда не знают, к кому обратиться. Но порой абоненты сталкиваются с грубостью и советами, которые могут усугубить состояние. +1Люди рассказывают, как определить, что на телефоне доверия работают профессионалы.

Однажды я позвонила на телефон доверия, когда была на грани суицида. Как мне тогда казалось, это была последняя возможность спастись. На другом конце провода бросили трубку. Оказалось, похожие истории есть и у других людей.

Мысли о самоубийстве? Крепись

Аня (имя изменено по просьбе героини) впервые позвонила на телефон доверия еще в школе: ее травили одноклассники. Сотрудники кризисной линии сказали что-то вроде: «Обидчики так проявляют симпатию». Девушка растерялась, поблагодарила и просто положила трубку.

Сейчас у Ани диагностирована депрессия. Она наблюдалась у психиатра и принимала лекарства. Чтобы найти поддержку в перерывах между обращениями ко врачу, она еще несколько раз звонила в службы экстренной психологической помощи.

«Однажды моя подруга попыталась покончить с собой, — вспоминает Аня. — Я винила себя, что не смогла ее остановить. Она попала в больницу, это совпало с обострением моей депрессии, в общем, я сама оказалась на грани самоубийства, выпила много таблеток успокоительного — чтобы прийти в чувство — и позвонила на кризисную линию. Меня там начали упрекать, что я думаю только о себе, вместо того чтобы помогать подруге. Я просто бросила трубку посреди разговора».

Каждый Анин звонок на телефон доверия заканчивался неудачно. Ей советовали «крепиться» и обвиняли в слабости.

Марина тоже лечится от депрессии. Однажды она не выдержала и, как и Аня, позвонила на телефон доверия, чтобы найти помощь в борьбе с суицидальными мыслями.

«Оператор минут 20 слушал, что произошло, — рассказывает Марина. — Задал пару уточняющих вопросов скучающим голосом, как будто для галочки. В конце концов он посоветовал мне умыться и заняться делом».

Зарплата сотрудников телефона доверия — 15-20 тыс. руб. в месяц

«Ты так или иначе пропускаешь через себя каждый звонок, и бывает, что не можешь помочь», — признается Элина Резникова, сотрудница одного из некоммерческих телефонов экстренной психологической помощи. Специалистка говорит: сотрудники линий подвержены выгоранию, с ним важно работать, иначе можно некорректно ответить клиенту и в конечном счете навредить ему.

Телефоны доверия, как правило, работают круглосуточно. Операторы часто работают сменами по 6–12 часов.

Существуют линии, где занимаются конкретными проблемами: например, телефон доверия для ВИЧ-инфицированных или для жертв домашнего насилия. Но чаще встречаются службы, куда можно позвонить с любой проблемой.

По словам сотрудников горячих линий, сложных звонков — вроде обращений во время попыток суицида или обострений психических заболеваний — совсем немного. Помощь оказывают анонимно, причем операторы тоже могут не представляться или называть вымышленное имя ради своей безопасности.

«Бывает, школьники звонят с розыгрышами, — делится Юлия (имя изменено по просьбе героини), сотрудница одной из служб экстренной психологической помощи, — часто клиенты хамят, унижают, иногда вообще угрожают. Поэтому мы имеем право не раскрывать наших имен. И все это за небольшую зарплату, в среднем 15-20 тыс. руб. в месяц».

Этика

Операторы не могут отказаться от работы с клиентом, даже если они не готовы погружаться в тяжелое состояние звонящего или не могут быстро сориентироваться, как ему помочь. Работу осложняет чувство, что результата нет. Постоянных клиентов мало, чаще всего люди звонят за разовой консультацией. У оператора телефона доверия редко есть возможность узнать, смог ли он помочь.

«Главное для телефонистов, — объясняет Элина Резникова, — уметь отделять себя от проблемы абонента, быть как бы над ситуацией. А то часто бывает, особенно у начинающих, что хочется спасти всех, каждого вытащить и привести к светлому будущему». Девушка говорит:

«На это уходит слишком много сил, а в итоге этого все равно не получится сделать, и наступит выгорание, разочарование в работе или даже в себе».

С выгоранием, по словам Элины, помогает справляться психологическая поддержка для консультантов, которая работает на кризисных линиях. Сама Элина, почувствовав, что ей тяжело, начала брать меньше рабочих часов — в НКО, где она работает, есть такая возможность. К сожалению, такие службы есть не на всех линиях доверия.

«Телефонистов, конечно, не хватает, — рассказывает Юлия, — одному сотруднику приходится отрабатывать много звонков. В результате ты просто устаешь сопереживать, да и соображаешь хуже».

Почему звонки бывают неудачными

Нехватку сотрудников на телефонах доверия восполняют по-разному. Юлия рассказывает, что нередко в службах проходят практику студенты университетов, которые изучают психологию. Часто кризисные линии ищут волонтеров. Впрочем, психологов среди телефонистов большинство.

«У нас в организации необязательно иметь психологическое образование, — говорит Элина Резникова. — Перед тем как выйти на линию, мы проходим обучение. Потом сдаем экзамен: как на вождении, теорию и практику. Практику сначала на симуляции, то есть на звонках не от настоящих абонентов, а от супервизоров, которые изображают звонки с распространенными проблемами».

Симуляции, по словам Юлии, есть далеко не на всех телефонах доверия: чаще волонтеры проходят двухнедельную стажировку, в течение которой супервизоры следят за их работой на каждом звонке. Подход к обучению сотрудников тоже отличается на разных кризисных линиях.

«Обучение у нас было короткое, — рассказывает Юля, — объяснили, чего делать нельзя: у нас ведь, как у врачей, главное — не навредить. Хотя однажды супервизор сказала, что те, кто звонит с текущим суицидом, — истерики и слабаки и нужно указать им на слабость, чтобы привести в чувство. Такое, конечно, скорее исключение.

Во время обучения нам вкратце сказали про основные правила в работе: как начинать разговор, как отрабатывать звонки с розыгрышами. В целом у нас есть алгоритмы, мы не можем нести отсебятину. Обучение проходят все, даже те, у кого профильное образование и опыт работы».

Супервизоры не контролируют работу сотрудника от и до, если он уже прошел волонтерскую стажировку.

Да и сделать это сложно: ради анонимности тех, кто обратился за помощью, звонки не записываются. Если у звонящего возникают вопросы к поведению оператора, он может оставить жалобу руководству телефона доверия. Но люди, позвонившие на кризисную линию, пользуются этим нечасто.

Можно ли доверять телефону доверия

Несмотря на все проблемы, на телефоне доверия работает много психологов, способных и желающих помочь. Будет проще получить эффективную консультацию на телефоне доверия, если знать, как отличить профессиональное поведение оператора от непрофессионального.

Профессиональный оператор на телефоне доверия:

  • Не будет обесценивать проблему абонента. Сотрудники исходят из того, что каждая проблема важна. Желательно, чтобы консультант не перебивал и показывал свою заинтересованность.
  • Должен быть терпимым, вежливым и общительным. Советов вроде «как лучше жить» консультант тоже не дает.
  • Когда требуется помощь социальных служб или органов опеки, посоветует обратиться к ним.

Те, кто звонит на телефон доверия, иногда сталкиваются с непрофессиональным поведением консультантов. Тем не менее телефон доверия — место, где могут услышать и помочь.

Если вам нужна поддержка, можете звонить по следующим номерам:

Всероссийский телефон доверия: 8-800-2000-122

Центр экстренной психологической помощи МЧС: 8-495-989-50-50

Центр психологической поддержки благотворительного фонда «Просто люди»: 8-495-025-15-35

Телефон доверия для жертв насилия РОО «Сестры»: 8-499-901-02-01

Понравилась статья? Поделить с друзьями: